Кто там ходит по коридору?
Ужасно не люблю участвовать в конкурсах, и поэтому мой женский блог давно не принимал участия в чём-либо подобном. Однако здесь я не смогла удержаться…
Пару-тройку дней назад я писала в комментариях к блогу крейзи-папы страшилку из своего детства. А сегодня увидела конкурс о самом мистическом путешествии, и решила поделиться той историей не только с крейзи-папой, но и со своими читателями, а также с организаторами конкурса рассказов о мистическом путешествии.
Итак, выключили свет, налили валерианочки и сели поближе к мониторам:
Дело было, кажется, в 90-м году, мне тогда было всего 8 лет, но тот случай помню более-менее прилично, хотя уже могу путаться в деталях. Моя мама в то время работала в газете «Доблесть» от местного штаба ПВО. Однажды её и ещё одного корреспондента отправили в военный городок в Туркменистане – собрать материал про некую мистическую историю. Лётчики того городка из командировки в Афганистан привезли «барабашку», а так как в то время мода на всё мистическое только начиналась, и читатели этим жутко интересовались, то газете понадобилась статья про него.
И тут начинается часть, необходимая для конкурса – мистическое путешествие, гм, а вернее, его последствия, которые мы потом расхлёбывали всей семьёй. Мама с тем парнем поговорили с лётчиками и их семьями, даже сфотографировали что-то и поехали домой. Но напоследок их предупредили, что они тоже могут «заразиться» этим, как заразились лётчики в Афгане…
Через несколько дней после маминой командировки в нашей квартире раздались шаги…. Паркет там был очень скрипучим, поэтому шаги слышались особенно громко и отчётливо. Каждую ночь в коридоре (а он у нас был довольно длинным), невзирая на включенный свет, раздавалось: скрип-скрип-скрип-скрип: до входной двери и обратно до кухни. Едва, кто-нибудь, набравшись храбрости, выходил в коридор, как шаги моментально стихали. Я перебралась спать к родителям, а вот наш кот, в отличие от меня, совсем не боялся и вроде даже с этим кем-то подружился: пялился туда, где раздавались шаги, и довольно жмурился. «Гость» этот был довольно небуйным и почти не безобразничал. По крайней мере, я не помню каких-то тотальных разрушений. Помню, снял он нам с петель стеклянную дверцу в «стенке» в зале: утром просыпаемся, а дверца, которая раньше висела на уровне глаз, стоит на полу, прислонённая к «стенке». Если бы она упала сама, то, по-любому, грохот нас разбудил бы – раз, она бы разбилась или хотя бы треснула – два.
И тут мне подарили щенка Роню…
Щенок тот – отдельная история, но опишу его коротко. Это был представитель гремучей смеси овчарки с волкодавом, чёрного цвета с коричневыми пятнышками на бровях. Чёрные собаки в поверьях многих народов считаются борцами со злыми силами, а собачки с отметинами на бровях у узбеков называются четырёхглазыми – «турткуз» – и считаются чуть ли не волшебными. И вот у нас появился такой «волшебный» щенок – турткуз. Ой, что началось…
В отличие от кота, пёсик не пожелал мириться с «ходоком» и устраивал нам жуткие ночные концерты, лая в коридор до хрипоты, скалил зубы и яростно бросался на кого-то.
Сначала на Роню чуть не упала дверь платяного шкафа. На этот раз её не снимали интеллигентно, а именно сдёрнули, да ещё и в тот самый момент, когда рядом находился наш щеночек. Грохоту было много, но, слава Богу, дверь никого не задела.
Потом был заход с другой стороны – прикормить злобного пса. Однажды мы приходим домой, а пакет с конфетами лежит на высоком обеденном столе, и из него пропали все шоколадные конфеты (а карамельки остались). Обёртки от шоколадных конфет валялись на полу, и мы предполагаем, что сами конфеты съел Ронька. Но вот как он добрался до стола, который пока был недосягаем для него, да ещё развязал пакет, да выбрал только шоколадные конфеты, да развернул их…
А потом наш «барабашка» пропал. Наверное, у него от Ронькиного лая голова разболелась, или всё-таки куснул его наш пёсик – не знаю…
У второго корреспондента, кстати, тоже кто-то «завёлся», может, как раз наш к нему и перебрался. У него был маленький сынишка, который говорил родителям, что у него в доме появился друг – волосатый и маленький, ростом с самого мальчика. Чем закончилась история у них – не помню.
С тех пор я никогда не выключаю свет в коридоре, если предстоит спать одной – травма у меня детская. А характер мой стал ещё сквернее…
