О рерайтерах
Когда я впервые столкнулась с понятием «рерайт», я уже тогда подумала, что это мне что-то напоминает. И вот, наконец, я вспомнила, где я об этом читала. У Гиляровского! В книге «Москва и москвичи». А значит, этой профессии не меньше сотни лет! Одна из древнейших, можно сказать.
Дамы и господа, поприветствуем первых рерайтеров:
«- Да очень просто: сделать нужно так, чтобы пьеса осталась та же самая, но чтобы и автор и переводчик не узнали ее. Я бы это сам сделал, да времени нет… Как эту сделаете, я сейчас же другую дам.
Я долго не понимал сначала, чего он, собственно, хочет, а он начал мне
способы переделки объяснять, и так-то образно, что я сразу постиг, в чем
дело.
- Ну-с, так через неделю чтобы пьеса была у меня. Неделя – это только
для начала, а там надо будет пьесы в два дня перешивать.
Через неделю я принес. Похвалил, дал денег и еще пьесу. А там и пошло,
и пошло: два дня-трехактный фарс и двадцать пять рублей. Пьеса его и
подпись его, а работа целиком моя….
- Да ведь он же режиссер. Ну, пришлют ему пьесу для постановки в
театре, а он сейчас же за мной. Прихожу к нему тайком в кабинет. Двери
позатворяет, слышу – в гостиной знакомые голоса, товарищи по сцене там, а я,
как краденый. Двери кабинета на ключ. Подает пьесу – только что с почты -
и говорит:
- Сделай к пятнице. В субботу должны отослать обратно. Больше двух
дней держать нельзя.
Раз в пьесе, полученной от него, письмо попалось: писал он сам автору,
что пьеса поставлена быть не может по независящим обстоятельствам. Конечно,
зачем чужую ставить, когда своя есть! Через два дня я эту пьесу перелицевал,
через месяц играли ее, а фарс с найденным письмом отослали автору обратно в
тот же день, когда я возвратил его.
Мой собеседник увлекся.
- И сколько пьес я для него переделал! И как это просто! Возьмешь, это
самое, новенькую пьесу, прочитаешь и первое дело даешь ей подходящее
название. Например, автор назвал пьесу «В руках», а я сейчас – «В рукавицах», или назовет автор – «Рыболов», а я – «На рыбной ловле».
Переменишь название, принимаешься за действующих лиц. Даешь имена, какие
только в голову взбредут, только бы на французские походили. Взбрело в
голову первое попавшееся слово, и сейчас его на французское. Маленьких
персонажей перешиваешь по-своему: итальянца делаешь греком, англичанина – американцем, лакея-горничной… А чтобы пьесу совсем нельзя
было узнать, вставишь автомата или попугая. Попугай или автомат на сцене, а
нужные слова за него говорят за кулисами. Ну-с, с действующими лицами
покончишь, декорации и обстановку переиначишь. Теперь надо изменять
по-своему каждую фразу и перетасовывать явления. Придумываешь эффектный
конец, соль оригинала заменяешь сальцем, и пьеса готова….»
